chygestranka (chygestranka) wrote,
chygestranka
chygestranka

Трави себя газировкой и алкоголем, зажмурив глаза, ускользая за рубежи, Оправдывая его необъятной бо

Трави себя газировкой и алкоголем,

зажмурив глаза, ускользая за рубежи,

Оправдывая его необъятной болью

и тем, что не можешь никак ее пережить.

Выстукивай «Нем нельзя не расстаться»,

так, чтоб асфальт обязательно ходуном.

Он помнит тебя полней, килограмм на двадцать,

с переломом малой берцовой и костылем.

Нет, слова не забились в его мобильный.

Но вспышкой впечатались в синюю радужку глаз.

Ты тогда еще не пыталась казаться сильной.

Просто рвал с непривычки все внутренности фугас.

Он умел улыбаться как Бог и зависать в нирване.

И сетовать на непогоду и тусклый свет.

Ты тонула в нем, как в тягучей небесной манне.

И потихоньку сходила сама на нет.

Потом ты, конечно, как героиня Паркер,

выводила правила расставаний, отчаянно и в серьез.

Первое. Никогда не назначать свидания в парке.

Второе. Не помнить пшеничных его волос.

Беречь свое горло и самое главное – нервы.

Не заниматься шопингом (особенно в обувных)

Никогда не целовать любимых мужчин первой,

даже самых важных и дорогих.

Тогда казалось, что он разорвет на части,

И сдаст тебя на трофеи, как чучело кабана.

Но это ведь, по твоей, ненормальная, части –

Сначала влюбиться, потом уже только стонать

Что он слишком хорош для тебя. Или ты. Неважно.

И вы разойдетесь однажды по сторонам.

Он обернется и приторно громко скажет,

Чтобы ты берегла себя от переломов и драм.

Сколько было таких – размашистых и уютных

И всегда казалось, что выжить уже никак

Не получится. Ты курила всю ночь на кухне,

И рвала себя на цветастый британский флаг.

А потом наступал рассвет и морозное утро

И звезды сыпались с неба куда-то вдаль.

Глаза слезились, делая кухню мутной,

Где расплывался на окнах тугой февраль.

Сейчас все кажется монотонным и скучным,

Тогда казалось, что не перестанет крыть.

Ты помнишь, как вечерами у ребер скручивало,

Когда ты цеплялась в рукав и просила не уходить?

Теперь он совсем другой, как тысячная бумажка –

Где мужчина-памятник держит в руке свой зеленый торт.

Теперь ведь совсем не больно. И даже не важно –

А раньше сводило до одури весь живот.

Сейчас трави себя алкоголем и газировкой,

Мечтай об отпуске и встречайся с друзьями по вечерам.

Ругайся с соседом с шестого, кажется, Вовкой,

Звони ночами своим закадычным друзьям,

Монетки в Москва-реку, кажется, только за встречу

Устала в себя до донышка по рублю.

Ты ведь другая теперь. И каждому утром встреченному

Улыбаешься, щурясь на розовую зарю.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments