chygestranka (chygestranka) wrote,
chygestranka
chygestranka

Ребро Ивана11

Ваня продолжал писать и сниматься в кино. Но все это вдруг перестало приносить удовлетворение, он работал через силу, чтобы как-то прокормить нас. У него началась жуткая депрессия, как у меня когда-то. Он хотел быть священником, но не считал себя достойным. Я была «за» всеми фибрами души и каждой клеточкой тела. Но он никак не мог решиться, оттягивал разговор с духовным отцом. И продолжал страдать — маялся, ходил с серым лицом. Это видно было только мне. На людях он всегда надевает дежурный смайл и балагурит, а у самого неподъемная тяжесть в душе. Я пригрозила: «Нет сил больше на это смотреть! Если ты не поговоришь с батюшкой, это сделаю я».

И разговор состоялся. Ваня вышел сияющий: «Я, наверное, сошел с ума, но батюшка сказал мне, что я скоро буду священником». Проходят три дня. Случай сводит его с Ташкентским митрополитом Владимиром, тот попросил подвезти его, по дороге у них спустилось колесо. В общем, во время этого дорожного приключения владыка Владимир предложил рукоположить его в сан священника у себя, в Ташкенте. Когда я узнала, у меня все замерло внутри, слезы брызнули. Это было чудо!

У меня перед глазами есть эталон — семья отца Владимира и матушки Нины, я подспудно стремилась и продолжаю стремиться к нему. Матушка Нина — недостижимый пример для меня во всем, я хотела походить на нее хотя бы внешне. Она носит длинную юбку и платок, и я надела. Матушка не носит брюки, и я не стану. Мне никто не запрещал, нет в этом никакого насилия над собой. Вот когда мне нужно было на «Кинотавре» нести на себе вечернее платье — вот это было серьезным испытанием.

Я страстно желала, чтобы Ваня стал отцом Иоанном. А я бы — матушкой Ксенией. Мечта могла стать реальностью, и мы отправились в Ташкент — тогда с тремя детьми. Было и Божие благословение на священство, что стало очевидным уже на обратном пути. Нас задержали на границе — у меня не было с собой свидетельств о рождении детей. Пограничники недоумевали: как по фитюлькиным бумажкам — простым ксерокопиям — мы прошли по дороге в Ташкент две границы без сучка без задоринки?

В дьяконы отца Иоанна рукоположили на Рождество. Предполагалось, что мы пробудем в Узбекистане не больше двух недель. Проходит месяц, другой.

А владыка тянет и тянет. Мне уж срок рожать. Тут владыка назначает день рукоположения, но с условием — если, мол, матушка Ксения до этого времени не родит. Не знаю, почему он так сказал. Может, Господь так испытывает нашу веру и устраивает каждому маленькие, но очевидные чудеса. Всю эту лишнюю неделю я, чувствуя малейшее напряжение в животе, обнимала его и приговаривала: «Ну миленький, посиди еще немножко, ну пожалуйста, не вылезай». Васенька послушался. Отца Иоанна рукоположили на Торжество Православия, наутро я родила первого мальчика.

Такое двойное чудо не могло обойтись без искушений. Есть такой момент во время Таинства рукоположения, когда рукополагаемый должен снять обручальное кольцо в знак того, что обручение с Христом, с Церковью для него первично. Я, переполненная гордости, не сводила с него глаз. И тут — заминка. Кольцо не снимается. И как же он на меня посмотрел… В глазах была почти ненависть. Не могу передать, как тяжел был для меня этот взгляд в миг исполнения мечты. Слезы радости стали горчить. «Не помню ничего такого, не придумывай!» — сказал мне потом отец Иоанн. Что это было? Может, Господь послал мне это ощущение, чтоб не шибко гордилась?..

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments